Нам как-то на работе понадобилось сделать для клиентов новогодние подарки. Самые красивые подарки для самых... красивых клиентов. А мы делаем оборудование для пультовой охраны, то есть прям разбираемся в красоте.
Подготовка новогодних подарков — это, во-первых, процесс, который всегда начинается слишком поздно, а во-вторых, образует воронку, в которую втягиваются самые лучшие идеи и самые дорогостоящие сотрудники. Все бросают свои скучные дела, только чтобы вовлечься в подарочное сотворчество!
Мы начали с того, что у одной из коллег завалялась примерно тысяча конфет петербургской конфетной фабрики «Счастье». Это очень вкусные квадратные конфеты в разноцветных фантиках — когда ты видишь их сразу много, то желание кому-то их дарить мгновенно испаряется, хочется оставить себе.
А ещё у нас есть такая вещь — настенная клавиатура для управления сигнализацией и она выглядит как вертикально вытянутый щит с шестью гранями. И двенадцатью прямоугольными кнопками.
И мы решили, что нужно сделать коробку в форме клавиатуры и положить туда двенадцать разноцветных конфет. Отличная идея для пятерых сотрудников менеджерского уровня!
И всё это должно быть очень премиально и даже лакшери. Только для премиально нам нужно вчетверо больше денег, а для лакшери вдвое больше времени. Но ничего, мы и так справимся.
Сначала мы думали, как положить в коробку конфеты. Они должны лежать внутри, но выпирать через дырочки наружу, как настоящие кнопки у клавиатуры! Нет, так они будут вываливаться. Тогда они должны просвечивать изнутри коробки через прозрачный пластик в форме кнопок! Нет, это не лакшери, а какой-то магазин сарафанов. Тогда коробка должна быть единой, без крышки, но с перфорацией в форме кнопок, чтобы конфетки можно было доставать, как в адвент-календаре! Круто, но это дорогая премиальность, а нам нужна премиальность бюджетная, двухзвездочная.
И мы решили, что конфеты будут классически лежать внутри коробки под непрозрачной крышкой. И нужно будет классически открыть крышку и съесть конфеты.
Теперь мы пошли делать развертку коробки силами втянутого в новогоднюю воронку технологического дизайнера. Он нарисовал развертку и сложил коробку и крышку. Отлично. Теперь нужно подобрать бумагу, нарисовать дизайн, а затем одновременно красиво, быстро, дешево и качественно напечатать и сложить коробки в любой из типографий, которые очень сильно скучают и ждут заказов на печать в ноябре.
Мы быстро подобрали прекрасные образцы бумаги и так же быстро отказались от них из-за излишней премиальности, кособоко сползя до обычного черного софтача.
Затем послушали гиений хохот нескольких типографий, которые почему-то не хотели брать наш заказ на 80 коробок. Но кое-кто всё-таки взялся и сделал пробную коробку. Которая выглядела и ощущалась как кусок говна. Односторонний тонкий софтач изгибался и выпирал, обнажая на каждой из многочисленных граней белую оборотную сторону. То есть под лакшери виднелось не лакшери.
И тогда мы решили взять прямоугольную коробку, потому что, если уж так подумать, если прям прикинуть со всех сторон и взвесить все за и против и бюджет, то шестигранная коробка — это китч, а прямоугольная — настоящий премиум.
Но вот коррекс — коррекс-то у нас точно будет шестигранный, как клавиатура, и туда будут вставляться конфетки. Коррекс — это такая тонкая пластиковая форма внутри коробки, куда вставляются конфеты. И мы принялись делать чертёж коррекса и сделали его, потому что мы вообще-то разработчики тут через одного, а через второго дизайнеры и каждый первый еще менеджер.
Потом мы выбирали, какого коррекс должен быть цвета — черного, белого или золотого — и мгновенно выбрали золотой, потому что... лакшери... премиальность... шик... вы понимаете. А у нас еще и коробка чёрная, а чёрный с золотом — это ж вообще! Вообщееее! Даже не важно, что конфетки веселые разноцветные и что коробка прямоугольная, а коррекс шестигранный.
И мы сделали печатную форму для коррекса и напечатали тестовые образцы и они были просто огонь. То, что нужно. После чего мы передали печатную форму курьеру СДЭКа, чтобы он отвёз ее на производство и там нам напечатали весь тираж коррексов.
А курьер СДЭКа пропал. И мы все закричали. «Куда же он пропал?» — кричали мы. «Наверное, он скоро найдётся!» — кричали мы. «Надеемся, с ним и его родственниками всё в порядке. Особенно с матерью. Особенно с матерью!» — кричали мы.
Параллельно с этим мы придумывали слоган для крышки коробки и рисовали золотом по софтачу — на коробке появлялись созвездия, еловые ветви (то есть пихтовые, у них иголки длиннее, а значит, более премиальные) и вензеля.
Через три дня курьер нашелся и привёз форму куда надо, просто он был какой-то изможденный и от него очень сильно пахло спиртом. Как будто он долго нёс тяжелый спирт, но потом споткнулся от усталости и пролил всё на себя.
Мы снова закричали, но теперь от радости. И в этот момент нам пришла в головы ещё одна идея: сделать красивые ёлочные игрушки и вложить их в коробки с конфетами. Чтобы был подарок внутри подарка — премиальность, густо покрытая лакшери! Игрушки должны были быть плоские, деревянные, с петельками и джутовыми верёвочками, и при этом премиальные, как и всё остальное, что мы уже придумали и блестяще воплотили.
И мы нашли контору, которая молниеносно делает елочные игрушки за такой бюджетнейший премиум, что у нас у всех закружилась голова. И мы немедленно нарисовали конторе прототип игрушки, точнее, даже не нарисовали, а просто руками в воздухе показали, как всё должно выглядеть. Но движения наши были точны!
Контора сделала тестовые игрушки и они нам совершенно не понравились. А ведь так всё было хорошо и тут вдруг не понравились — такое бывает, когда времени нет уже вообще ни на что и Дед Мороз уже завёл и прогревает оленей. То есть Санта Клаус. Ну ладно, вдруг вы не заметите.
И мы сказали конторе, что игрушки надо сделать по-другому: вот тут обводку убрать, и не просто деревянного цвета сделать, а покрасить разными красками, и сделать двухслойными, и чтобы рисунок на разных сторонах был разный, а потом два слоя нужно склеить... Контора за два дня сделала нам четыре тестовых тиража и нам они все ужасно не понравились, потому что были халтурные, и криво прокрашенные, и плохо проклеенные. На слова конторы о том, что они вообще такого никогда не делали, и не красили, и не клеили и больше никогда не будут, и что мы больные ублюдки, если уж совсем по-честному — на все эти слова мы не реагировали и заставляли их печатать снова и снова, совершенно подавив своей уверенностью и премиальностью.
В результате получились какие-то шевроны армии деревянных наёмников. С джутовыми веревочками. О, если бы лакшери знала! Если бы премиальность могла!
Из пяти страшных косячных тиражей мы путём не слишком придирчивого отбора насобирали достаточно этих игрушек, чтобы вложить в подарки.
Пришло время собирать коробки воедино. И тут возникла очередная пробле... задачка! Дело в том, что коробки были шире и длиннее коррексов. То есть если в коробку положить коррекс, то со всех его сторон до бортиков коробки оставалось довольно много пустого пространства. А значит, коррекс не держался на месте, а болтался по коробке туда-сюда.
Значит, надо его... приклеить ко дну! Мы навострили клеевые пистолеты и принялись клеить. Немедля выяснилось, что горячий клей из клеевого пистолета разъедает края коррекса, как будто их погрызла гусеница. И даже если коррекс приклеился, то через минуту он выпукло изгибался, скрипя, и со звуком «трыньк!» отскакивал от приклеенного места.
Тогда мы решили использовать двусторонний скотч. Достаточно нарезать его тоненькими полосками... наклеить их по периметру коррекса... и так, чтобы коррекс располагался по центру коробки... и аккуратно приложить.... всё. Делов-то! Только надо подумать (теперь), куда девать ёлочную игрушку, потому что если положить её сверху на конфеты, а потом закрыть коробку крышкой, то конфеты сплющатся и испортят нам весь Новый год.
А значит, игрушку надо положить под коррекс! А потом коррекс приклеить! И вуаля. Только надо как-то дать клиентам понять, что под коррексом их ждёт деревянный, с верёвочкой, сюрприз. И для этого надо задизайнить специальную бумажку, на которой будет это всё написано, а для наглядности ещё и нарисовано. Вот так.
К этому моменту мы все натурально выли от скорости прихода и реализации блестящих идей, равноудаляющих нас как от лакшери, так и от премиальности.
В общем, через день восемьдесят прямоугольных черных коробок с приклеенным двусторонним скотчем шестигранным золотым коррексом внутри, в который были вставлены двенадцать разноцветных конфеток, и под которым ждали своего часа крашеные клееные двухслойные деревянные шевроны, повязанные джутовыми веревочками, были готовы. Поверх них лежали премиально-черные с золотыми буквами бумажки, которые поясняли, что после поедания конфет надо прямо рукой выдрать коррекс из коробки и залюбоваться скрытой частью подарка.
Вот только место между коррексом и бортиками коробочек пустовало, не считая выглядывающих краёв белых скотчевых полосок.
И мы решили заложить эти пустоты чёрной бумажной мишурой — и немедленно заложили. Теперь коробка в открытом виде — золото коррекса с преимущественно красными конфетными фантиками внутри в обрамлении пушистой чёрной мишуры — странным образом напоминала Уитни Хьюстон.
А клиенты — клиентам не знаю, понравилось это всё или нет. Надеюсь, что да, или они ничего не понимают в настоящей премиальности.
