Мечтают ли мужчины о неземной любви? Нет, не мечтают. Случается ли она с ними? Регулярно, особенно если смотреть в масштабах человечества.
С пораженным любовью мужчиной начинают происходить страшные метаморфозы. Он как будто сразу обретает какие-то невероятные умения и даже в чем-то сверхспособности. А отдельные человеческие черты при этом теряет — слава богу, временно. В некотором роде, романтические американские фильмы — это те же комиксы про супергероев, разница только в том, что место радиоактивного паука занимает женщина. Ей даже не обязательно кусать, достаточно только посмотреть полсекунды или даже вообще не смотреть, а просто быть — всё равно у мужчин на это дело никакого иммунитета.
Так вот, влюблённый мужчина перестает испытывать усталость и боль, он может бесконечно ждать и неостановимо стремиться, он не мёрзнет на ледяном ветру, ему нипочём проливной дождь и косой колючий снег. Спроси его, что такое «дискомфорт» — он скажет, что да, кажется, испытывал его когда-то, но сейчас всё в порядке! Даже если у него температура под сорок.
У мужчины отрастает второй мозг. Он без малейших усилий запоминает буквально все, что касается объекта влюбленности. Если женщина скажет, что ей очень нравятся альстромерии и ещё у неё есть любимая последовательность из пятидесяти восьмизначных чисел — и тут же её продиктует, — то мужчина запомнит их навсегда и будет вспоминать каждый раз, проходя мимо цветочного лотка. Хотя «запомнит», наверное, не самое удачное слово, когда ряды чисел выжигаются у него прямо на мозговой оболочке.
Одновременно получив суперпамять и мощную броню против физических невзгод, мужчина становится невероятно тонкокож и чувствителен — он начинает распознавать мельчайшие оттенки голоса и взгляда и трактовать их тысячей разных способов, не имеющих ничего общего с реальностью. Он может стоять с женщиной под зонтом и просто разговаривать — ну, просто разговаривать! — а на самом деле чувствовать, как что-то исходящее от неё пронизывает его насквозь, будто радиация. Только радиацию он бы не почувствовал, а сейчас — чувствует.
Мужчина теряет чувство юмора. Юмор требует некой доли здорового пренебрежения к миру, а как можно испытывать пренебрежение, если мир взял и подарил тебе это божественное создание? Смеяться над миром более невозможно. Но при этом очень, очень надо, потому что кому нужен мужчина без чувства юмора? Вот именно.
Трагедия мужчины при этом в том, что не существует способа в достаточной мере выразить силу своего чувства. Словами — он не может, они там сейчас перепутаны у него в голове. Все три. Поступками — безусловно, но вдруг это тоже недостаточно убедительно? Вдруг женщина решит, что он у кого-то просто подсмотрел и повторяет? Ну и по женщине, опять же, сразу не видно, что она себе там думает и насколько впечатлена. Если посмотреть, то вроде не впечатлена вовсе и если и удостаивает взгляда, то только от скуки.
Как бы дать ей понять, насколько сильно мужчина влюблен? Так вот, однажды я думал такую мысль: «Вдруг я чувствую сильнее, чем другие?». И эмоции, и, например, физические ощущения. Вдруг, когда я ударяюсь обо что-то или заболеваю — мне приходится терпеть значительно сильнее, чем соседу по палате. И просто у меня сила воли больше, поэтому я еще как-то это стоически переношу.
Ну ладно, болевой порог, допустим, измеряется, а эмоциональный? «Посмотрите на это тонкое запястье в кружевах и скажите, насколько вы в данный момент экзальтированы по шкале от нуля до десяти», — так, что ли? Тут я вспомнил про свой давний, эээ, мысленный эксперимент, назовём это так.
Вот было бы здорово, думал я, изобрести прибор, с помощью которого можно передать одному человеку чувство другого, дать его «попробовать». Такой, знаете, «чувствоскоп».
Например, один человек рассказывает всем, как он страдает от неразделенной любви, как мучается и погибает. А я, скажем, тоже страдаю. Тогда ученые-чувствоскописты в рамках эксперимента берут и загружают этому первому человеку моё чувство. И он тут же без сил падает на пол, начинает кричать и корчиться от невыносимого душевного страдания, переходит на хрип и в общем чуть не отдаёт концы.
В этот момент все присутствующие в мысленной лаборатории должны восхищенно посмотреть на меня, поражаясь силе моего самообладания перед лицом настоящей любви. А если загрузить это чувство не какому-то там абстрактному человеку, а той самой женщине, в которую влюблен... Она бы сразу всё поняла, бросилась в мои объятья и… и тут я бы попросил всех мысленных учёных немедленно выйти из лаборатории и закрыть за собой мысленную дверь.
Вообще-то я придумывал чувствоскоп для гораздо более серьёзных и общественно значимых вещей вроде инструмента раскаяния для преступников. Но пока агрегат простаивает между загрузкой в маньяков всей гаммы ощущений их жертв, можно и любовью побаловаться, хуже никому не станет, наверное.
Ну и ещё качественно влюбленный мужчина начинает мыслить категориями «всей жизни». Есть стереотип, что женщина, встретив сколь-нибудь привлекательного мужчину, немедленно представляет себе цветы, кольцо, свадьбу и детей, а мужчине это-де несвойственно. Не совсем так.
Мужчина просто проскакивает промежуточные этапы и представляет себя сразу в восемьдесят лет — как он стоит один и понимает, что жизнь без этой женщины прошла для него совершенно зря. А всё потому, что когда-то много лет назад ему не хватило смелости, настойчивости, изобретательности, назойливости, искромётных на его взгляд шуточек или он просто недостаточно её умолял. И это придаёт ему сил.
