11 заметок с тегом

управление собой

Позднее Ctrl + ↑

Как общаться с внутренним голосом по дороге в спортзал

Голос особенно настойчив, когда по утрам подходишь к спортзалу, а там за соседней дверью кондитерская.

***

— Глеб, ты видел?!
— Что?
— Тренер. Тренер зашёл в кондитерскую! Давай посмотрим, что он там делает?
— Да... нет... давай, мы у него лучше на тренировке спросим.

***

— Что мы говорим богу эклеров?
— Не сегодня.
— А еще?
— Ну прости, чувак, прости.

***

— О, а мы в кондитерскую идём, в кондитерскую?!
— Ты и так несколько тренировок пропустил из-за зубного. Хочешь еще?
— Нет-лучше-в-спортзал!!!
— Вот то-то же.

***

— Скажи, Глеб, вот зачем мы все-таки ходим в зал?
— Известно почему, наказываем себя за поедание эклеров.
— Ой, то же самое можно прекрасно делать в кондитерской. Просто используй для этого булочки со сливками.

***

— Сл-л-л-лушай, Глеб! Как-то дав-в-вно мы не были в кондитерской!
— Слушай, мы и на тренировке давно не были.
— Да, но...
— Не спорь.

***

— Глеб, если ты прямо щас не зайдешь в кондитерскую, значит, у тебя просто нет силы воли!
— Так, погоди, но мы же... в спортзал...
— Ха, ты безвольная тряпка, я так и знал!

 Нет комментариев    19   22 дн   спорт   управление собой

Критика Пуччини

Мы пошли на «Турандот», а я решил немного почитать про оперу и про Джакомо Пуччини. Там много интересного, но что я хочу сказать. Будь вы хоть Бизе Пуччиниевич Верди и сочините хоть пятьдесят гениальных опусов, всё равно кто-нибудь скажет, что вы «почти», «недо» или «увы».

Вот как современники о Пуччини:

«Это просто позор, что мир думает, будто итальянская музыка — это, в основном, произведения этого старомодного мелодиста».

«»Богема» не оставит никакого следа в истории оперного театра. Автору этой оперы следует считать своё произведение ошибкой».

«Работать с вами, Джакомо, — это как жить в аду. Сам Иов не вынес бы таких мучений».

Поэтому не забывайте о людях, которые среди ваших мучительных сомнений приходят, как издатель Рикорди к Пуччини, и говорят:

«Если этой оперой вы не попали в точку, маэстро, я сменю профессию и начну торговать салями».

И, возможно, когда-нибудь вашим именем тоже назовут кратер на Меркурии.

 Нет комментариев    16   23 дн   искусство   критика   управление собой

Страна как квартира

— А чего тебе здесь, плохо живётся, что ли? — спрашивают меня, одновременно широким жестом показывая на страну.
Я мрачно молчу в ответ, потому что чисто физически живётся мне хорошо.

— Да всё, тут задница полная, — уверяют меня другие, взмахом руки показывая туда же, на страну.
Я мрачно молчу в ответ, перебирая в голове примеры, которые на «задницу» никак не тянут.

Оптимист во мне, конечно, живёт, но большую часть времени он проводит на полу, с весёлой улыбкой пытаясь отнять от горла руки скептика.

Мрачно размышляя в ответ на очередной жест или взмах, придумал сам себе аналогию. Её легко придумать, удобно обсуждать и она слабо относится непосредственно к делу. Но я же, известно, знаток и эксперт, поэтому мне что? Мне ничего.

И я представляю страну как квартиру.

Можно сказать, что в ней грязь под диваном, драный коврик у двери, в окна дует, воду отключают и пробки выбивает иногда. А можно сказать, что в квартире тепло, вкусная еда, интернет по вай-фаю, шкафы с умными книгами, уютное кресло и теплый клетчатый плед.

И то, и другое — про одну и ту же квартиру.
Захочется вам прийти туда и жить, если вы услышали первое описание? А во втором случае? Вот, вы уже даже разуться успели.

Но представьте: заходите вы в квартиру, там и диван, и пыль, и книги, и в окна поддувает, и обед вкусный, и коврик у двери не первой свежести. Короче, нормально — видно, что обычные люди живут и всё у них, как у всех.

А потом вы заходите на кухню, открываете холодильник, а там человеческая рука лежит. Не, ну реально — человеческая рука, м-мать!

Тут вам становится абсолютно наплевать и на пыль, и на уют, книги, отключение воды и прочее. Вам это событие — рука! — напрочь перебивает все остальное.

Переходя в плоскость реальной жизни, есть такие события, которые вы не можете игнорировать, которые в секунду нивелируют все успехи, радости и достижения. Но и такие события — они не для всех одинаковые.

И тут вернёмся к руке.

Вы видите руку, громко кричите и ломитесь на выход, звать людей. Понимая, что квартиры, где лежат отрезанные руки по холодильникам— это точно не для вас. Вы натыкаетесь на первых встречных, хватаете их за грудки и, задыхаясь, говорите: «Там! Там рука! Там!» На вас смотрят настороженно. Какая рука?! Откуда? Вы идиот? Идиот?!

Но вы всё же рассказали, убедили, донесли и зовете за собой, показывать. Приводите людей на кухню, открываете холодильник жестом фокусника и показываете — вот, рука! Ожидая криков, возмущений, требований немедленно сообщить, найти, наказать и вообще, что это за ужас?!

Возгласы действительно раздаются, но какие-то жидкие. И среди них вы слышите что-нибудь вроде:
— Ну рука, да. И чего теперь-то? Твоя что ль рука, фигли ты орешь?

— Рука — это понятно. Увидел руку — сразу в крик, тут думать не надо! А на книжные полки вот вообще внимания не обратил, неуч.

— Ты посмотри-ка, рука-то какая: ногти ухоженные, запонки на манжете золотые! Жировал, небось, скотина. Так ему и надо, жаль, раньше не пришибли!

— Что рука? Ты внимание-то от себя не отвлекай, ты сам-то тут откуда взялся? А?

Или пока ты бегал и звал людей, тот, кто руку в холодильник положил — тот ее уже и забрал. Спрятал, сожрал, с повинной сдаваться пошел — неважно, забрал, в общем. И вот ты холодильник открываешь, а там — кефир и сосиски. А руки нет. И на тебя сразу все посмотрели, мол, ну да, ну всё понятно с этим, видали мы паникёров.

И спрашивают тебя так, с прищуром, как Верещагин из «Белого солнца пустыни»: «Рука, говоришь? Х-хех!..»

— Где рука-то? Нету руки. Была, говоришь? А ты докажи. Ну, как... Как... Откуда мы знаем — ты сам прибежал, вот ты и придумывай, как доказать. И вообще, ты на квартиру посмотри, видно же — нормальные люди живут, откуда у них руки в холодильнике? Да быть того не может. А ты — паникёр и вообще какой-то... странный. А, народ? Ну во, и народ говорит, что странный. Ой, лучше молчи, а то отведём тебя известно куда...

И разойдутся все, а ты, сразу как плевки с рубашки ототрёшь, начнёшь думать и так даже мысль такая закрадётся: «А и правда, какая, к чёрту, рука? Нормальная квартира, видно же. Мнительный я какой-то стал, людей вот ещё от дел оторвал со своей... рукой...»

Задумчиво присядешь на табуреточку в кухне. Только успокоишься, поведёшь рассеянным взглядом по сторонам и вдруг — а что это там такое, в духовке?..

А там нога.

 Нет комментариев    22   25 дн   метафора   политика   управление собой

Снесли театр, всё

Еду по Красноармейской улице, а там бульдозер разравнивает основание дома, в котором был наш театр. И у меня эмоция.

Ну вот же он был тут, на втором этаже, и выглядел, знаете, довольно основательно. Стены — во! Потолки — во! Прям трёшь мокрой тряпкой пол — и чувствуешь всю монолитность. Или на диване в гримёрке лежишь, отхлебывая чай — и ни малейшего ощущения преходящести.

А сейчас я смотрю из автомобиля на то место, где была каморка за сценой, а там воздух. И всё. Воспоминания есть, а места нет.

И, в общем, я подумал, что есть какая-то принципиальная разница между воспоминаниями о том, что физически существует, и о том, чего уже вообще нет.

Ну, например, мы 10 лет назад переехали жить в другой район, а старый наш дом остался. Бывает, я проезжаю мимо него, правда, очень редко. Но он стоит и в нём квартира, в которой я жил. Она, конечно, другая сейчас, и всё же она есть. И вспоминать тогда легче. Не «проще», а именно «легче».

Когда ты вспоминаешь место, которое есть, то как бы мысленно идёшь туда, ощупываешь его невидимой мысленной ладонью и эта невидимая ладонь упирается в стены и в предметы, вызывая воспоминания. Не, не ладонь даже. М, вроде как эхолот: посылаешь воспоминательный сигнал, а он отражается и возвращается к тебе. И какую-нибудь глупость обязательно зацепит и принесёт.

С театром ты вроде делаешь то же самое, но сигналу мысленного эхолота не от чего отражаться. Сосуд воспоминаний разрушен.

Наверное, людям кажется, что пока место есть и дом стоит, всё можно вернуть. Ха-ха. Вернуть. Конечно, в реальной жизни нахрен оно никому не сдалось, это понятно. Но дело же не в возвращении, дело в возможности.

 Нет комментариев    17   26 дн   прошлое   театр   управление собой

А ещё была трава

Когда я был маленьким, небо было синим, песок — жёлтым, а ветер просто дул.

Потом небо научилось меня цвета, быть высоким и низким, холодным и тревожным, восковым и глубоким. Песок стал вязким, плотным, слоистым, пыльным, мягким, с крапинками слюды.

Ветер начал менять силу, приносить запахи, шевелить волосы и просачиваться между пальцев, стал горячим и сухим, промозглым и горьковатым.

А еще позже небо, песок и ветер связались во что-то общее, начали влиять друг на друга и на меня. Или это я сам начал на себя влиять. Небо выцветает и белеет, предвещая ветер. Ветер, теперь такой осязаемый, поднимает с земли и несёт колючие песчинки, и они просачиваются между пальцев.

 Нет комментариев    20   27 дн   прошлое   управление собой
Ранее Ctrl + ↓