Rose debug info
---------------

Глеб Клинов

Заметки редактора и человека
РассказыПортфолиоТелеграмklinovg@gmail.com

Чисто про любовь

Клянусь, случайно посмотрел новый клип певца SHAMAN. На этот раз никаких тебе мойбоев и исповедей, и даже от любви к родине отсоединилась родина и осталась только любовь. Только любовь.

Клип называется «Любимая женщина» и выглядит так, будто у певца SHAMAN вместе с родиной отсоединился бюджет (и сюжет) и он упал в ящик с пластинками Серова, Добрынина и Казаченко. И немножко Лолиты Милявской.

Клип начинается с того, что SHAMAN сидит посреди белого пространства в позе соблазнительницы, закинув одну кожаную штанину на другую, и медленно протягивает зрителю розу. Видно, что раньше он протягивал бы её в слоумоушне, но раз бюджета на слоумоушн нет, приходится протягивать самому. Медленно и плавно не получается, поэтому он протягивает её рывками, как будто немного даже проталкивает розу зрителю. «А это, доктор, вам».

Дальше он некоторое время неловко сидит с этой розой, подергиваясь, а потом... потом чокается розой со стоящим рядом букетом в вазе. Букет не реагирует.

Клип состоит из нескольких фрагментов, в которых нам дают выбрать, какого певца SHAMAN мы хотели бы сильнее любить. Сначала это SHAMAN с букетами роз, в бархатной рубашке и с чёлкой на одну сторону. Потом это певец SHAMAN на фоне воздушных шариков, с чёлкой на две стороны, в костюме и с тростью. Потом это рок-SHAMAN с чёлкой типа «влажная ехидна», в косухе и с гитарой. Потом — открытый новому SHAMAN с неопределенной чёлкой, в белой майке и распахнутой рубашечке на фоне красных занавесок.

В сценах с букетами роз в вазах SHAMAN вечно тянет руки к вазам, и видно, что вазы пытаются как-то отстраниться, но не могут. В сценах с красными воздушными шариками шарики оцепенело висят, наполненные гелием и стыдом.

Объединяет сцены только одно — мощный соблазняющий взгляд, которым певец SHAMAN пронзает сердца. Для усиления эффекта (хотя и так уже очень сильно) он рисует в воздухе сердечки и отправляет воздушные поцелуи, по одному от каждого вида чёлки.

Визуальных эффектов хватило только на наложенные на изображение слова песни, лопающиеся мультяшные сердечки и вьюгу из розовых лепестков — всё это почему-то ассоциируется с клипами кабаре-дуэт «Академия».

Ближе к концу певец SHAMAN использует ещё одно орудие любви — юмор. О, как он использует юмор! Например, из-за кадра медленно высовывается женская рука, берёт певца SHAMAN за воротник и резко дергает в сторону, а он изображает лицом комическое мультипликационное удушение. И почти сразу за этим появляется закрытый крупными размытыми квадратами экран, на котором написано «костюм Адама». Как будто там за квадратами любят нас и ждут. Конкретно ждёт певец SHAMAN.

Слова в песне хорошие, проверенные. Старенькие, конечно, но в целом еще походят: «звезда сумасшедшая», «святая и грешная», «нежно своей рукой», «ты такая одна», «я живу для тебя». Ну, типа:

«Я обниму тебя
Нежно своей рукой
И прошепчу тебе
Я навсегда с тобой.

Любимая женщина
Ты с неба сошедшая
Звезда сумасшедшая
Я живу для тебя».

В общем, рассветы и шаманы для тебя, а я пока люблю тебя до слёз.

Я подойду к тебе
Нежно своей ногой
Их у меня есть две
Обе всегда с собой.

Заканчивается клип десятисекундным крупнокалиберным соблазняющим взглядом исподлобья. При этом певец SHAMAN пытается сохранить неподвижность, но всё равно немножко колеблется. Взгляд призван дособлазнить всех недособлазненных в предыдущие три минуты женщин. Как у него только глаза не сводит так смотреть. Я попробовал — у меня сводит.

«Мысль о тебе»: бибери меня

Решил развеяться, захотелось чего-то лёгкого, посмотрел полтора часа на Энн Хэтэуэй. В смысле, фильм «Мысль о тебе» про умную, красивую, в меру одинокую женщину в полном расцвете сорока лет. Пересказываю за пять минут, чтобы вам не приходилось смотреть его самостоятельно.

Энн играет француженку по имени Солен Маршан с ударениями на второй слог, у нее школьница-дочь и арт-галерея с картинами и вазами. А мужа у Солен нет, потому что он сначала был, но потом изменял, изменял, изменял и изменил. Видимо, поэтому бывшего мужа зовут Дэниэл — идеальное имя для лицемерного изменника, токсика и душнилы.

О, кстати этот гад только что подарил дочери и друзьям Солен билеты на музыкальный фестиваль и собирается их туда везти. Идеальный папочка нашелся, ну вы посмотрите на него.

В последний момент Дэниэл говорит, что не может отвезти дочь на фестиваль, потому что у него и его новой-жены-с-которой-он-изменял-Солен очень важные дела. Солен, отвези ты?

Солен бесится и везёт, а подростки распевают песни и говорят, что на фестивале будет группа August Moon, от которой они фанатеют. Ооогуст мууун, уииии!!! Солен улыбается, мол, подростки, что с них взять.

На фестивале подростки веселятся, а Солен сначала просто стоит, а потом хочет писать. Она идёт в туалет, но заходит не в ту дверь (тм) и попадает в гримёрку солиста группы August Moon. Ему двадцать четыре, его зовут Хейз и он похож на Джастина Бибера настолько, что дальше нельзя называть его иначе как Бибер.

Бибер пускает Солен пописать в свой туалет. Солен писает так здорово, что буквально через час во время своего концерта Бибер посвящает Солен песню. И смотрит прямо на неё через весь зал. Фанаты Бибера беснуются вокруг Солен, а она просто сорокалетне стоит, улыбается, и в голове у нее: «Ооогуст мууун, ууиииии!!!».

Через несколько дней Солен соглашается на уговоры подруги устроить вечеринку по случаю своего сорокалетия. Нам показывают, как на вечеринке к Солен один за другим подходят глупые возрастные мужчины и подкатывают к ней свои проблемы и потребности. Они как будто все говорят: «Выбери меня, выбери меня!». Но Солен слышит только «бибери меня» и улыбается им всем отшивающей улыбкой.

На следующий день Бибер является в арт-галерею Солен и просто покупает там всё. Солен даже взбрыкивает и говорит, что искусство надо покупать не так, а по-другому, со всякими там куртуазными экивоками и придыханиями! А Бибер говорит «Ну ок» и просит показать ещё искусства, а потом хочет есть. Завороженная упругой туповатостью Бибера, Солен возит его везде, где у неё есть искусство, и разговаривает как с нормальным человеком, а потом даже везёт к себе домой и делает ему сэндвич! С ветчиной и помидорками!

Связанные сэндвичем, они рассказывают друг другу о семейных проблемах, а потом Бибер садится за пианино и что-то на нём блям-блям, неважно уже, что.

Солен подходит к нему, и тут Бибер берёт её за жопу. Прямо рукой, но нежно — не так ы-ыть!, а так слегка о-о-ойк! И целует изо всех сил. В какой-то момент, но не сразу, Солен отстраняется и говорит: «Я слишком стара для мн-мн-мммнмнм...» — это посреди фразы Бибер продолжил поцелуй.

Вдоволь нацеловавшись, Солен перешла к основной программе: Бибер, нет, мы такие разные, мы друг другу не подходим, ничего не получится, вот тут у моего дома дверь наружу. До свиданья, в смысле, прощай.

И провожает его из своей жизни навсегда. И Бибер уходит из её жизни навсегда. Но вечером шлёт смску, что в выходные будет в Нью-Йорке, в отеле, вот адрес, приезжай. И Солен такая: «Вот нахал!». И летит в Нью-Йорк.

Там она приходит в отель, поднимается в номер Бибера, снимает плащ, под которым какое-то модное платье швами наружу. И мощно отдаётся Биберу, потому что муж изменил, дочка в детском лагере, ей сорокет, а у Бибера пресс, татухи, чёлка, влажные глаза и оооогуст мууун, уииии!!!

А утром Бибер говорит, что ему надо на минутку отойти в европейское турне. Панятна. Ну, панятна! А Бибер неожиданно хочет, чтоб она тоже с ним отошла. В турне. И Солен такая: «Ого, уау, ух ты, батюшки мои!».

Дальше показывают нарезку дольче виты — по вечерам Бибер даёт концерты, где Солен пританцовывает в левой кулисе, а в остальное время они предаются ресторанной еде, купанию и разврату. В перерыве турне Бибер приглашает Солен на виллу с друзьями, а там бассейн, а возле бассейна девицы, одетые только в двадцатилетие и немножечко в купальники. Солен, одетая в два двадцатилетия, не выдерживает и уезжает, бросив Бибера у бассейна. Всё кончено навсегда.

Через несколько дней Бибер присылает ей смску: «Ой!». И вторую смску: «Только не смотри в интернет». Юноша знает, как заинтриговать. Солен смотрит в интернет, а там она в купальнике. На пляже. Лежит. А на ней. Лежит Бибер. А August Moon, чтоб вы знали, прям очень популярные. Прям очень.

Теперь Солен тоже очень популярна у всего интернета и особенно у дочери, которой она ничего про свою дольче виту не говорила. Но дочь быстро её прощает, потому что мама всё-таки не с кем попало, а с ооогуст муууун, уииии!!! Дочь спрашивает, зачем мама бросила Бибера, если ей нравится Бибер. Такой вот, знаете, заковыристый вопросик от шестнадцатилетки.

Солен некоторое время думает, плачет на все лады, а потом приходит на студию звукозаписи к Биберу и говорит, что чувствует к Биберу чувства. Любибери меня!

Семья и друзья Солен договариваются, что готовы нести бремя нежеланной славы, чтобы Солен могла быть в открытую счастлива с Бибером. Солен счастлива ровно три минуты экранного времени, а потом дочка начинает ныть, что её в школе стебут старшеклассницы. Никакого терпения. А потом ещё приходит Дэниэл и начинает душнить, что Солен попирает мораль и угнетает дочь. И делает так глазами: ы? Ы?! Типичный Дэниэл.

Подруга Солен озвучивает главную мысль фильма: люди ненавидят счастливых женщин. Добавлю от себя: ...и душнил типа Дэниэла.

Солен снова плачет, и это видимо такой приём: весь фильм слёзы помогают ей принимать разные решения, только чаще всего неудачные. И она снова бросает Бибера. Они медленно целуются — Бибер не спешит, Бибер понимает, что с девушкою он прощается навсегда.

В конце очередного прощания навсегда он говорит, мол, слушай, давай через пять лет встретимся? Дочка вырастет, уедет в колледж, всем будет всё равно, а мы — хоба! — и как будто из последних сил. Всё-таки Бибер явно не до конца улавливает суть прощания навсегда.

Но Солен говорит, что это слишком долго. Что? Слишком... что? Ну ладно. Дальше она говорит, что давай все-таки навсегда и если кто-то тебе подвернется — немедленно бибери её. И я себе тоже, если мне кто-то подвернется, а теперь всё, иди.

И он ушёл куда-то вбок.

Солен снова плачет, потому что ну а что ещё делать, правда?

Прошло пять лет. Днём Солен делает всякие дела, присущие сорокашестилетним женщинам, а вечером плачет у телевизора, по которому показывают Бибера. У Бибера чуть-чуть выросла борода, обозначающая годовщину расставания. Бибер в интервью по телевизору говорит, что вот сейчас как закончит тур, да как поедет в Лос-Анджелес, да как увидится там кое с кем!

«Кое с кем это он хочет увидеться, а?» — неподвижно думает Солен, не вытирая слёз. Но на следующий день ходит по своей галерее и не смотрит в сторону входной двери — молодец, грамотно использует главное правило ожидания маршрутки. И вуаля, приходит Бибер и смотрит на Солен. А Солен на Бибера. Они биберают друг друга!

Так что возраст вообще ни при чем. Если хотите, чтобы в вашей жизни появился Бибер, просто не смотрите на входную дверь.

Человека три

Взросление семьи Артём Глебыча идёт своим чередом. Лежащие на полу предметы уже гораздо проще переступить или обойти, чем поднять. Ну разве что это еда — тогда подобрать и съесть. У нас как будто всегда пикник — можно присесть на пол и там найдётся, что поесть, чем укрыться и во что поиграть. Просто пикник начался почти два года назад.

Мы всё реже тянемся за какой-то определенной тряпочкой для целевых вытираний. У нас появились тряпочки «для всего». Если бы эти тряпочки умели говорить — они бы от потрясения не могли произнести ни слова и просто мято лежали с расширенными глазами и повторяли «боже, боже...». Некоторые следы мы просто предпочитаем не вытирать — должно же в жизни быть хоть что-то постоянное.

Границы нормы расширились и даже фразу «Тёмочка, не заезжай, пожалуйста, на кровать на беговеле» мы произносим скорее в рекомендательном тоне.

Артём Глебыч тем временем научился считать до трёх. Только «один» и «два» в этом деле второстепенные элементы, а вот «три» — совсем другое дело. Мы с Мариной просто не представляли, насколько часто в повседневной жизни мы произносим слова «один» и «два».

— Давай, Тёма, раздеваться. Снимаем ботиночек — раз, ботиночек — два...
— Три! — взвивается Тёма.

— Марина, я ему говорил не раз и не два, что...
— Три! — из-за двери на кухню высовывается Тёмина голова.

— Я планировала поговорить с ней один на один...
— Три! — слышится из соседней комнаты.

— Тёма, поедешь с горки на счёт «три»? Давай, считай.
— Три, три... три-и! — едет с горки.

В общем, имейте в виду: если нужно где-то чего-то три или меньше — мы решим вопросик.

«Дева и дракон»: принцессопровод

Посмотрел фильм «Дева и дракон» и пересказываю за шесть минут, чтобы вам не пришлось смотреть его самостоятельно. Фильм начинается с того, чем обычно заканчиваются все остальные фильмы про принцесс и драконов — со свадьбы.

Но сначала, как это бывает в современных фильмах, энергичный пролог. По высокой, высокой траве в полный рост скачут рыцари на лошадях под предводительством упитанного короля. Они гонятся за драконом.

Дракон влетает внутрь горы, рыцари скачут за ним и лезут в пещеру. Там король приказывает рыцарям построиться боевым порядком, потому что в тенях вокруг них, утробно цы-цы-цыкая, бродит дракон. Я в целом не очень разделяю охоту на дракона с мечами, потому что у дракона хвост, огнедышащесть и очевидно преимущество в воздухе. Но рыцари как будто игнорируют это всё. Возможно, отвага или стальные шлемы затмевают им взор.

В общем, дракон одним выдохом сжигает две трети рыцарей, оставшихся небрежно плющит лапами и перешибает хвостом. Остается один король, который перед этим больше всех кричал «вперед!», «построиться!» и прочее «он где-то здесь!». Король втыкает меч в дно пещеры и опускается на колени, когда над ним нависает зловещий силуэт дракона и...

И конец пролога. Теперь мы видим как Милли Бобби Браун рубит дрова. Её зовут Элоди, она принцесса небольшого королевства, расположенного в крайне неудачных климатических условиях. Как только наступает зима, все тут же начинают умирать там от голода и холода. Условно говоря, она принцесса Сургута.

Поэтому она с младшей сестрой рубит дрова и собирает валежник. Видно, что вокруг города все дрова уже вырублены, а весна ещё далеко.

Дальше происходит классическая история. Когда Элоди возвращается в город с сестрой и дровами, отец объявляет, что для неё нашелся жених. Сам он с радостью обменяет судьбу дочери на муниципальные успехи, а она попутешествует, развеется. Сплошные плюсы.

Элоди немного грустит. Она спрашивает, а что делать, если жених будет не очень начитанный. Ох, Элоди, знала бы ты.

Дальше Элоди с сестрой Флор, королём-отцом и афроамериканской мачехой плывут на корабле сдавать принцессу в жёны. Они приплывают на прекрасную землю — там богатство и изобилие, тепло, зелено, солнечно. Короче, они приезжают в Краснодарский край. В золотой карете их везут в прекрасный замок в горах, кругом шелка, наливные фрукты и позолота — сразу видно, Сочи, Красная поляна.

Гостей из Сургута селят в покои. Элоди выходит на балкон и видит, что в соседней башне на балконе тоже стоит какая-то молодая принцессовидная девица. Элоди мило улыбается ей своим каравеллообразным лицом и делает так слегка подбородком, мол, привет. Это сразу выдаёт в ней Сургут.

На следующий день всех прибывших знакомят с королевой Сочи, а Элоди — с принцем Генри, за которого ей надлежит выйти замуж. Генри хорошенькой такой принц и по лицу Элоди сразу видно, что его начитанность вообще стала не важна.

Пока Элоди и Генри ходят по саду и скачут по Краснодарскому краю на лошадях, король-отец обсуждает с королевой Сочи детали сделки. Когда отец выходит из переговорки, он выглядит как человек, который прочитал договор до конца, включая мелкий шрифт.

К нему бросается мачеха и вопросами, мол, ну как, доживём ли мы всем Сургутом до весны? «О да, доживём!» — говорит отец. «Мы-то доживём», — думает он. Мачеха чует недоброе и говорит Элоди, чтобы она подумала ещё разок, но Элоди уже не может думать, она может только свадьбу.

Немедленно случается свадьба. За спиной брачующихся стоят родственники: сочинцы зловеще улыбаются, сургутяне улыбаются натянуто. Сразу после свадьбы молодой муж Генри говорит Элоди, мол, давай отъедем тут недалеко, дело есть, чистая формальность.

Сажает её в золотую карету-кабриолет и везёт на гору. На горе уже собралась вся сочинская родня во главе с королевой. Королева говорит, что Элоди, должно быть, очень вкусна.. то есть, эээ, очень рада присоединиться к их семейству.

Королева ведёт Элоди и Генри по мостику над бездной и по дороге рассказывает сюжет. Жило-было королевство, там жило чудовище, чудовище прилетело покушать жителей, король решил нанести ответный удар и дальше всё, как мы видели в энергичном прологе. Только в конце дракон не сожрал короля со всеми регалиями, а предложил ему сделку. Король отдает своих трёх дочерей дракону, дракон их ест на ужин, как сосиски, и не трогает остальное королевство. Ну или король не отдает, а дракон ест всех остальных. Довольно странная сделка, потому что дочери вроде как в обоих случаях будут съедены. Но просто дракон хотел сделать королю больно.

А Элоди слушает эту максимально страшную сказку в максимально некомфортной обстановке и такая: «Ага-ага, и чё?».

И королева достаёт нож. Ножом она надрезает ладонь Генри, а потом ладонь Элоди, и новобрачные крепко жмут друг другу раненые руки, не боясь всяких инфекций. Теперь, значит, они одной крови. Сочинской.

Дальше королева говорит: «Ну и всё, молодец, теперь фотосессия и банкет». Генри берёт Элоди на руки и несёт обратно через мостик, как будто так и надо, просто древний красивый обычай. Несёт и косит глазом на королеву, а королева такая: «Мгм». И кивает.

«Блин, сорян» — быстро шепчет Генри на ухо Элоди. И кидает её в пропасть. Элоди немедленно узнаёт, насколько глубока кроличья нора — она летит, визжит и бьётся об корни, пересекающие пропасть.

Бум.

Элоди приземлилась и лежит, понимая, что её только что бросил муж. Она медленно встает и видит, что вокруг обильно рассыпаны запчасти других принцесс — туфельки, кулоны, диадемы и прочие малополезные внутри дракона вещи.

Элоди некоторое время поскребла когтями стену расселины, а потом развернулась и пошла в боковой проход, потому что надо же куда-то идти. Стоило ей зайти в соседнюю просторную пещеру, как с другой стороны в неё влетела стая горящих синичек и рассыпалась по полу вокруг Элоди, истошно чирикая и оставляя дымные следы. Когда фейерверк закончился и все синички упали и догорели, в темноте залы послышались цы-цы-цыкающие звуки дракона.

Элоди спряталась за ближайшим сталагмитом. Тут дракон начал разговаривать с Элоди утробным женским голосом с характерной напалмовой хрипотцой. Так мы узнаем, что это дракон-женщина.

Следующие несколько минут Элоди несется по пещерам, постепенно лишаясь избыточных слоев свадебного платья, получая царапины, ожоги и массу новых впечатлений. В какой-то момент она, вопя, пробегает мимо жареного трупа той самой принцессовидной девицы, которую видела накануне в соседней башне дворца. Но Элоди не останавливается — не до того.

Пару раз упав вниз головой ещё глубже в пещеры, Элоди натыкается на рассадник липких светящихся синих личинок с усиками. Она отрывает от платья оставшийся рукав-буф и набирает в него усатых личинок, чтобы использовать как фонарь.

Тут Элоди опять почти настигает дракон, но она, энергично визжа, снова избегает запечённой смерти и скатывается в очередную пещеру. На стене пещеры нацарапано «Здесь безопасно», все остальные стены исписаны именами принцесс. О, сколько их упало в эту бездну!

Ещё в уголочке стены нарисована карта пещер, а светящиеся синие личинки оказываются целебными — они сбегают из мешочка-рукава, присасывают к обожжённой ноге Элоди и регенерируют её. Где-то здесь фильм окончательно становится похож на компьютерную игру: героиня бежит по пещере, подпрыгивая и пригибаясь в нужный момент, находит аптечки, в углу у неё есть мини-карта.

Элоди смотрит на карту — там нарисовано, что теперь нужно идти всё время прямо и вверх, там будет пещера с кристаллами, а дальше выход и солнышко. Пещера с кристаллами оказывается высоким вертикальным колодцем, стенки которого усеяны, что характерно, кристаллами. Элоди карабкается. Чтобы она прочувствовала всю важность момента, снизу подошел, то есть подошла, дракон, открыла пасть и ждёт. Если Элоди сорвется, то упадёт ей прямо на язык, как витаминка.

Но Элоди не срывается и залезает наверх. Там она видит щель в скале и за ней солнечный свет. Ура, это свобода! Элоди подбегает к щели, высовывается наружу, а там отвесная скала на много метров вниз и колючий снег в лицо. В общем, чёрная трасса, как называют это в Красной Поляне.

Элоди расстроена тем, что не может спуститься со скалы, хотя, учитывая её недавние успехи в кристальном скалолазании, могла бы и попробовать. Заодно бы приложила к ушибам холод.

Тем временем дракон вылетела из горы и теперь атакует Элоди через щель в скале снаружи. Элоди визжит и поджимает конечности. Но в последний момент дракону что-то отвлекает и она временно теряет к Элоди интерес.

Отвлекает её король-отец, который сначала обменял дочь на общественное благополучие, но потом его заела совесть. Король-отец с рыцарями спускается в драконьи пещеры на верёвках. Из энергичного пролога мы знаем, что случается с рыцарями в драконьих пещерах и да, в этот раз ничего нового не произошло.

Пока дракон драконит рыцарей, Элоди быстренько слезла обратно в кристальный колодец и теперь бежит на звуки нечеловеческих человеческих воплей. Это расходуются рыцари.

По дороге Элоди натыкается на зал, в котором лежат останки трёх маленьких дракончиков и теперь всё встаёт на свои места. Древний король с рыцарями не защищали свои владения от кровожадного чудовища, а просто подло напали на мать-одиночку и убили её потомство. За что и были справедливо сожжены, растоптаны, а короля поставили на счётчик — три дочери за спокойную жизнь. Ну и нужно было регулярно поставлять дракону по три дочери за раз, хотя не очень понятно, как дракон представляла себе репродуктивные способности мелких, но вкусных недругов.

Поэтому королевство выкручивалось, как могло — импортозамещало зарубежных принцесс. Лепило им свою этикетку, то есть постоянно резало ладонь принцу Генри и заставляло сливаться с принцессами, а потом отгружало принцесс дракону в пропасть — так сказать, доставка до двери.

Когда Элоди прибегает в зал, откуда доносились крики, в живых оставался только её отец король-отец. Прижатый драконьим когтем к полу, он хрипит в темноту, что просит у Элоди прощения. Дракон говорит королю-отцу, чтобы он немедленно позвал Элоди к ним.

Приятно, что в современных фильмах не забывают классику и полностью повторяют сцену из «Терминатора 2»:
— Сара, позови Джона. Я знаю, тебе больно. Зови Джона!
— Да пошёл ты, мазафака! — отвечает Сара, пронзенная острым удлинившимся пальцем Т-1000.

— Да пошёл ты, мазафака! — отвечает король-отец и дракон натурально протыкает его когтем насквозь. Буквальная отсылка!

Убив короля-отца, дракон снова на что-то отвлекается. Это какая-то СДВГ-дракон, которая вообще ни на чем не может сосредоточиться. Вроде охотится, строит козни и вдруг: «Белка!» — и понеслась куда-то в соседнюю пещеру.

Элоди выходит из-за сталагмита, король-отец успевает сказать ей, чтобы она карабкалась по веревке наверх и бежала на пристань, потому что там на корабле её ждут мачеха и сестра. Элоди, подгоняемая вновь прилетевшей драконом, карабкается по веревке, выбегает из горы, вспрыгивает на лошадь и скачет вдаль. За ней гонится дракон. Элоди спрыгивает с лошади и прячется под камнем, как мокрица. Лошадь скачет ещё некоторое время одна, а потом её настигает дракон и изжаривает в бессильной ярости оттого, что Элоди сбежала.

Атмосфера продолжает накаляться. В прямом смысле, потому что дракон поднимается выше, начинает летать вокруг своей горы и дышать напалмом на облака. А облака начинают гореть.

Спустя несколько минут остров похож на ад с пламенными небесами, а Элоди продолжает сидеть под камнем где-то на склоне, потому что как-то сильно страшно.

Королева Сочи понимает, что поставка принцесс сорвалась. Она решительно идёт исправлять проблему: приходит на пристань и приказывает стражникам взять сестру Элоди. Стражники выволакивают сестру, а мачеху как-то походя пыряют ножом в живот. Пыряние вообще никак на сюжете не сказывается, просто почему бы не пырнуть.

В следующей сцене горящие облака внезапно рассеиваются, Элоди вылезает из под камня, шевеля усиками, а навстречу ей верхом на лошади выбредает пырнутая мачеха. Она нужна, чтобы сказать Элоди, что её сестра прямо сейчас выступает принцессозаменителем, и чтобы отдать ей лошадь взамен зажаренной.

— Ты ранена! Ты как? — спрашивает Элоди.
— Всё норм! — отвечает мачеха.
Элоди вскакивает на лошадь, оставляя пырнутую мачеху на склоне горы.

Сочинцы тем временем спешат: они быстро приходят на гору, быстро надрезают сестру Элоди, чтобы придать её крови дочерний сочинский аромат, и быстро бросают её с моста в пропасть. Когда Элоди прибегает к мосту, там уже никого нет: сочинцы ушли, сестра улетела.

Элоди решает действовать решительно. Она решительно спускается в пропасть, решительно собирает драконью приманку и решительно обрезает себе волосы под каре, отдавая дань всем женщинам, которых бросил муж.

Затем Элоди берёт меч отца, активирует приманку с таймером, сверяется с мини-картой и тихонько пробирается в самое драконье логово. Там дракон прячем сестру.

Приманка срабатывает безошибочно. Услышав посторонний звук вдалеке — дракон немедленно отвлекается, бросает сестру и улетает смотреть а чо там, чо там.

Элоди хватает сестру и собирается бежать, но не успевает. Дракон возвращается и начинается бой. Элоди тыкает дракона то мечом в пасть, то ножом в глаз. Дракон опаляет Элоди, как курицу над плитой, и мечет её о стены пещеры, а Элоди тем временем сбивчиво пытается рассказать, что она нифига не королевская дочка. То есть королевская, но сургутских кровей, не местная.

Под конец, когда девушки уже устали, Элоди замечает вогнутую поверхность на стене пещеры и отступает туда. Там она дразнится и приглашает дракона сжечь её прямо вот сюда.

Дракон недолго думая жжёт. Элоди отпрыгивает, а пламя, отрикошетив от вогнутой поверхности, подпаливает саму дракона. Дракон падает и начинает издыхать.

Элоди подходит к дракону и теперь уже спокойно, с расстановкой рассказывает, что там по голубым кровям. Дракон такая: «Блин, ну теперь-то уж чего, давай уже убей и всё».

Но Элоди насыпает дракону на раны голубых аптечных личинок. Потому что дракон ей ещё пригодится.

В этот момент в замке принц Генри уже женится на следующей принцессе. Серийный жених. Молодожены стоят во внутреннем дворике, всё эстетично, по бокам родня, всё по накатанной.

Но тут во дворик заходит Элоди походкой человека, у которого есть прикрытие. Из одежды на ней опаленный корсет и лохмотья юбки, она вся покрыта ссадинами и сажей. Макияж смоки айз смотрится на саже особенно выгодно.

Элоди быстро пугает невесту и та сбегает из под венца. Вместе с ней сбегает некоторая прислуга — из тех, которые получше чувствуют, когда пахнет жареным.

«И чё, и чё?!» — презрительно спрашивает Элоди королева.
«Да ничё» — спокойно отвечает с крыши дворца дракон на вдохе.

Элоди выходит из внутреннего дворика. У неё за спиной дракон превращает внутренний дворик в тандыр.

Спустя некоторое время на пристани. Элоди, её младшая сестра и целёхонькая мачеха идут по причалу и обсуждают, кому теперь какое королевство достанется. Они всходят на корабль, отдают концы и капитан спрашивает Элоди, куда им теперь держать курс.

— В Сургут! — отвечает Элоди с выражением человека, у которого есть прикрытие. Рядом с кораблём медленно парит дракон-женщина.

«Из глубины»: воздушное судно

Посмотрел новый фильм «Из глубины». «Не взлетим, так поплаваем!» — оптимистично говорит нам этот фильм.

Начинается с того, что в жилом трейлере рывком просыпается пожилой одутловатый мужик. Ему приснился кошмар с женщиной под водой, одновременно тонущей, кровоточащей и орущей на него с выпученными глазами. Брбрблблблр!

Потом мы сразу оказываемся в аэропорту, где постепенно собираются персонажи. Они полетят на самолете на курорт. Сначала это двое парней, один из который стройный мулат Джед, а второй — мерзкий рыжеватый гнус Кайл, похожий на Бивиса и Баттхеда одновременно. У таких по идее вообще не должно быть друзей, но они всегда парадоксально есть.

К друзьям присоединяется молодая афроновозеландская девушка Ава. Она дочь губернатора и встречается с Джедом. А тележку с багажом Авы за ней катит наш одутловатый мужик. Это старый опытный телохранитель по имени Брендон — он защищал ещё мать Авы, правда, не защитил. За это она кричит теперь на него по ночам брлблрлбдбдб из под воды.

Друзья не рады Брендону, но Брендону всё равно.

Независимо от них ото всех по аэропорту идут бабушка и дедушка с внучкой. Они тоже летят на курорт и знакомятся с Авой через обливание её кофе. Неприятно, конечно, но не страшно — Ава все равно темнокожая и кофе на ней не видно.

Следуя современной кинотрадиции тщательно раскрывать характеры героев, нам мучительно долго показывают разговоры персонажей при входе в аэропорт, в зале ожидания, на посадке, при инструктаже по безопасности, рулении, разгоне, отрыве от полосы, наборе высоты, занятии высотного эшелона и раздаче обеда.

В результате из этих разговоров мы понимаем только то, что они все обычные и только один из них реально подбешивает и как будто нарочно изображает Бивиса. И Баттхеда!

К группе персонажей присоединяется нежный латиноамериканский стюард по имени Данило. Кайл тут же стебёт его за нежность и латиноамериканскость. От фильма мы теперь ждём только возмездия Кайлу, больше ничего — господин режиссер, вы же всё равно собирались всех тут убить, просто пусть Кайл умрёт первым.

Ава беспокоится за самолёт. Она сидит и переживает, как бы он не упал. Её парень Джед говорит, что все будет нормально.

На фразу «всё нормально» немедленно реагирует косяк перелётных птиц. Они пикируют и врезаются в самолёт, летящий над океаном, целя ему тушками в двигатель. Нам не показывают, что это была за порода птиц такая, летящая на высоте десять тысяч метров, но скорее всего — это журавль обыкновенный. Или полосатоголовый гусь, который решил пойти на рекорд.

Всех слегка трясёт, а капитан воздушного судна говорит, что всё нормально. Внучка, сидящая у окна, верит, но продолжает смотреть, как от левого двигателя постепенно отваливаются детали и он начинает гореть.

Ава смотрит в окно — мимо окна пролетают попеременно запчасти двигателя и журавлей. Или гусей.

Наконец один из обломков двигателя отлетает наискосок и впивается самолёту в бок. Самолёт секунду терпит, а потом кусок бока у него отрывается и из него наружу начинает выдувать и так немногочисленных пассажиров.

Наконец самолет полого врезается в воду. От удара кресла, не прикрепленные к полу ключевыми персонажами, срываются с креплений и складываются гармошкой, сплющивая тех пассажиров, которые не выдулись при снижении. Самолет некоторое время плашмя тонет и ложится на грунт. Посреди бескрайнего океана на глубине нескольких десятков метров торчит подводная скала, на которую самолёт лёг. Вокруг скалы ужасная глубина, не оставляющая шансов и готовая колоссальным давлением сплющить весь самолет. И даже тех, кого вроде бы и так уже сплющило креслами.

Самолет лежит на скале под углом градусов тридцать носом вниз. Он полузатоплен. Сидящие в хвосте Ава, Джед, Кайл и сзади за занавесочкой стюард Данило практически не пострадали и даже не промокли. Ну только у Кайла открытый перелом руки — хоть тут немного повезло!

Постепенно из затопленной передней части самолета начинают всплывать другие персонажи. Выплывает внучка. За ней выплывает жучка, то есть, простите, Брендон. Он выволакивает бездыханную бабушку и делает знаки стюарду Данило. «Данило! Ай нид хелп!» — как бы говорит он. Стюард Данило откачивает бабушку, а Брендон отходит в сторону — он ранен, ему в подмышку воткнулся кусок двигателя (или гуся). Брендон лечит себя, вырывая из туловища посторонний предмет.

Бабушка с внучкой плачут — дедушка не выжил. Данило отдыхает после реанимации бабушки. Кайл высказывает претензии к ситуации в целом и сломанности собственной руки в частности. Джед молится. Ава делает то, что в первую полагается делать в случае утопления в самолете — проверяет, работает ли мобильный интернет.

Самообладание сохраняет только Брендон. Он говорит, что они в воздушном мешке, но чтобы дождаться спасателей, им нужен ещё кислород. В хвосте самолета хранятся баллоны с кислородом, но после проверки выясняется, что кислорода в них нет. Был, как говорится, да весь вышел.

Бабушка вспоминает, что рядом с ними сидел пассажир с медицинским баллоном кислорода. Брендон вызывается плыть за баллоном, а бабушка просит его по пути захватить кепку дедушки. Там какая-то, короче, легендарная кепка, в которой дедушка прошёл огонь, воду, медные трубы, десятилетия брака и не прошёл только самолёт.

Брендон некоторое время смотрит на бабушку. Наверное, думает, что он собственноручно только что тащил её из под воды и будет странно притопить её обратно.

Он погружается и плывёт прямо к кепке, а потом уже к баллону с кислородом. Не может отказать даме в кепке!

И тут акула.

Проплывая мимо пробоины в корпусе, Брендон привлёк акулу своими манящими одутловатостями и сочащейся свежей кровью подмышкой. Потеряв голову от такой гастрономии, акула бросилась и кусила его в бок, как котлету. Брендон резко вспомнил свои ночные кошмары, только теперь уже он сам пучил глаза и делал брбрблблбл.

Остальные персонажи тем временем напряженно стоят в хвосте самолета и смотрят, как над водной гладью в середине салона бурлят пузыри.

Вслед за пузырями всплывает Брендон с напряженным лицом и откушенным боком. Он передает Аве баллон с кислородом, а бабушке кидает кепку дедушки. И говорит, мол, извините, дальше давайте сами. И тут же стремительно утягивается акулой обратно под воду. Вежливая акула просто отпускала Брендона попрощаться.

После краткой паники персонажи думают, чем бы им теперь заняться, и решают сделать больно Кайлу. Мы поддерживаем. Бабушка с хрустом вправляет Кайлу перелом и забинтовывает. Оказывается, бабушка была лейтенант санитарной службы в Ираке и может забинтовать почти что угодно.

Самолет начинает понемногу сползать с подводной скалы и повисает над самым краем, всё трясется. Внутри все кричат и решают, что надо выплыть из самолёта и поплыть наверх, уворачиваясь от акул. Но как?

Пузырьки!

Внучка говорит, что акулы боятся пузырьков — их этому учили в школе. В смысле, внучку, а не акул. Вокруг самолёта плавают акулы, подслушивают и хохочут. «О нет! — восклицают они и улыбаются друг другу. — Только не пузырьки!»

Ава говорит, что у них всё обязательно получится. И что ей нужно в туалет. И идёт в туалет. Хорошо, что в хвосте самолета есть туалет, а то бог знает что могло бы произойти в кадре.

Тем временем над океаном летает поисковый вертолет. Вертолёт видит обломки самолёта и сбрасывает двоих водолазов. Водолазы погружаются и видят — вот он, красавец, лежит.

Водолазы видят в иллюминаторе экипаж самолёта и показывают им знаками «окэй». И «всё нормально». И «мы вас сейчас спасём». Акула за спиной водолаза терпеливо ждёт, пока они наговорятся.

Изнутри самолёта, перебивая водолаза, Ава и остальные кричат ему жестами, что надо повернуться, повернуться, кругом, назад, сзади, опасность, зубы два ряда клац-клац. Водолаз пожимает плечами, разводит руками и не понимает, что. Что? Что? Вы рады? Вы показываете «танцуй»?

Акула более не в силах выдерживать этот идиотизм. Спустя несколько секунд мимо иллюминатора проплывает водолазья нога.

Судьбу второго водолаза нам просто не показывают, потому что, ну... понятно. Вряд ли он намного сообразительнее первого. Вертолет видит, что водолазы чё т не всплывают, а топливо не бесконечное, и улетает.

Население самолета судорожно обсуждает, что им для выхода на поверхность нужен этот... аквалаз... то есть... водоланг. И маска. И желательно еще кислород, но не обязательно, они потерпят.

Все вспоминают, что с ними вместе летели пара аквалангистов, а значит, в багажном отсеке есть гидрокостюмы. И ещё можно отобрать акваланг у второго водолаза, которого даже не показали, но он наверняка успел заплыть в самолет, прежде чем его доели. Уверенность в этом основана на чистом оптимизме.

Ава начинает осторожно нырять внутри салона, чтобы разглядеть вдалеке... ну, например, тот самый акваланг. А Джед забрался на спинку сиденья и смотрит на неё сверху, как будто это поможет.

Ава выныривает и говорит, что, кажется, что-то видит. Кажется. Что-то. Джед радуется этому, как дебил, поскальзывается и падает в воду между сидений.

Акула немедленно откусывает ему ногу.

Все кричат и оттаскивают Джеда от воды поближе к туалету, а бабушка готовится снова бинтовать.

«Как там моя нога? — кричит Джед. — Я её не чувствую!»
«Это потому что её нет», — отвечает бабушка.

В кадре остро не хватает Майора Пэйна.

Подчиняясь общему плану достать гидрокостюмы, маски и выплыть на поверхность, пугая акул пузырьками, Ава ныряет через технологическую дырку в багажный отсек и находит нужный багаж.

Костюмов слишком мало, поэтому пока все копошатся в сумке с обмундированием, у них за спиной от ногопотери умирает Джед. Все горюют. Горевание затягивается, но тут у самолета отрывается голова. Тянуть больше нельзя, поэтому начинается финальная адская суета.

Все надевают на себя гидрокостюмы, пускают из спасжилетов противоакульные пузырьки, мечутся вперед-назад по самолёту, бабушка отказывается плыть вместе со всеми, Кайл ссыт и погибает, Данило с внучкой всплывают, а Ава задержала дыхание уже на полчаса и тихонько крадётся мимо одутловатой, как Брендон, акулы по самолету, который сорвался со скалы и летит в чёрную глубину. И вот она летит с самолётом сначала вниз, а потом выплывает из него и плывёт вверх так долго, что кажется, даже к акваланге, будь он у нее, уже бы закончился воздух.

А наверху ждут вертолётчики в вертолётах, чтобы поднять её на тросе, а потом лететь вдаль и докладывать на базу, как они героически спасли дочь губернатора и ещё каких-то там двоих.

Ранее Ctrl + ↓