Как провалить лекцию

Сходил на фотофестиваль в Артмузе, послушал одну вечернюю лекцию про репортажную съемку. Ничего полезного не узнал, зато собрал чеклист по организации провальной лекции:

  1. Прийти неподготовленным.
    М-м-мычать, думать, с чего бы начать и что сказать. Извиняться, что вот так получилось.
  2. Настроить звук, чтоб был как из жопы.
    В большом зале на полторы сотни стульев прицепить петличный микрофон и подключить через ма-аленькую колоночку. Говорить тихо и нечленораздельно. На очередную просьбу, можно ли говорить погромче, поднести микрофон к самому рту и громко сказать: «ВОТ ТАК НОРМАЛЬНО?» Подождать возгласов одобрения, убрать микрофон подальше от лица и тихо ответить: «Отлично, тогда продолжаем».
  3. Лишить рассказ структуры и смысла.
    Умудриться сделать лекцию бессодержательной. Так, чтобы слушателю вообще нечего было законспектировать.
  4. Показывать фотографии просто так.
    Показать пять кадров, а прокомментировать один. Не забывать про предыдущий пункт — комментарий должен быть никакущим.

Этим четырём пунктам я самоотверженно противостоял целый час. Честно пытался вести конспект. Всё, что смог записать со слов ведущего:
— обращайте внимание на то, что снимаете;
— на мероприятиях снимайте общий, средний и крупный план;
— любой репортаж — это набор штампов; вы делаете дежурные фото, а потом уже как повезёт.

Негусто. Или, как сказали бы испанцы, no me gustó.

17 ноября   истории

Додопинг

Пришла рассылка «Додо пиццы». Ненавязчивый рассказ об акциях, завернутый в реальную историю конфуза. Хорошее письмо, интересное, со специально нарисованными иллюстрациями.

История правда хороша

Ребята сделали новую рекламу и слоганы для нее, завязанные на повторении слога «до» — додоставляем, удодовольствие. Придумали названия для акционных комбо, в том числе «додопинг». И тут в СМИ как раз история с мельдонием! В общем, локальное фиаско.

И еще на рекламном макете «додопинга» один из персонажей показывает фак. Проглядели

Я читаю письмо, оно мне нравится. Конец письма, предложение подписаться на рассылку, все нормально. И вдруг, буквально последней строчкой:

Ну вот! В самом конце хорошего, искреннего письма фраза «Кстати, моя любимая пицца...»

Ну и что

Почему я так бросился: «кстати» здесь оказалось совсем некстати, оно не бьётся с предыдущим текстом. И от него веет рекламной фальшью, которую особенно ждёшь в конце и радуешься, если её нет. А если есть, то «ну вот, я так и знал!»

И чего теперь

Вариантов несколько, но основных я бы выбрал два.
1.Поставить просто блок с кнопкой заказа, без заигрываний. Грубовато, зато честно.

«Комбо-наборы до 1 декабря: раз, два, три»

2.Сделать с заигрываниями, но как-нибудь без «кстати», более искренне, с самоиронией.

«Сейчас у нас есть комбо такие-то и такие-то. Кажется, мы никого ими не оскорбили»
«Порадуйтесь, что такой конфуз случился не с вами :) А вообще, закажите лучше пиццу!»

Пока писал, захотелось пиццу.

15 ноября   редактура

Интервью с Бродским

Досмотрел фильм-интервью с Бродским. Фильм довольно старый по нынешним меркам — 1993 года, и во время просмотра кажется, что канал Культура тогда делал одинокий и очень несчастный человек.

Журналисты гуляют с поэтом по промозглой Венеции, сидят в кафешках, пьют кофе в ресторане на набережной. Бродский упирает в щеку палец с черным ногтем, в этой же руке держит сигарету. Поправляет очки, говорит «чьто» и «водичка».

Из немного сбивчивой речи человека, который вынужден постоянно искать компромисс между глубокими познаниями и необходимостью более-менее простыми словами их донести, половина фраз сама собой разбирается на цитаты.

Человек — это то, на что он смотрит.

С нацией, с культурой всегда довольно комическая история — она всегда назначает одного великого поэта на эпоху.

Названия — они в некотором роде создают определенную атмосферу, и вот важна скорее атмосфера, чем какой бы то ни было буквализм. Возникает, как бы это сказать, власть языка над сознанием.

Мне не очень интересно настоящее и не очень интересно будущее. Мне дорого то, что я любил, люблю и видимо то, с чем я в землю лягу. Мне не очень хочется модифицировать свои ощущения.

Основная трагедия русской политической и общественной жизни заключается в колоссальном неуважении человека к человеку. В общем, если угодно, в презрении. Это обосновано теми десятилетиями, если не столетиями всеобщего унижения, когда на другого человека смотришь как на вполне заменимую и случайную вещь.

Когда ты имеешь дело со злом, оно позволяет тебе сформулировать для себя, что на свете ценно, а что менее ценно.

...теперь эта школа превращена в больницу. И это в общем больница, в которой довольно хорошо умирать, потому что довольно близко до кладбища.

Петербург для меня — это то, чем, я хотел бы, была страна.

Петр построил Петербург город на краю, на отшибе империи. Именно благодаря этому у нас и возникла литература. Всякому писателю, чтобы писать, нужен элемент отстранения. Чтобы его письменный стол стоял несколько вовне.

Все мы — безнадёжные случаи. Необязательно поэты. Все люди.

Самое сложное после просмотра фильма — выйти из состояния «ни тоски, ни любви, ни печали» и отправиться работать.

13 ноября   истории

Мост глупости

Аборигены наверняка в курсе, но вообще довольно любопытно. В Петербурге есть мост, об который регулярно бьются Газели и прочие автомобили высотой больше 2,7 метра.

Истребительный путепровод получил официальное название — Мост Глупости. Его теперь даже в новостях так называют.

Казалось бы, ну что, нельзя как-то предупреждать водителей? На дороге, конечно, нужно быть внимательным, но давайте честно себе признаемся, что половина действий происходит на автомате, а еще четверть — на авось.

Тем не менее, борьба началась.

Сначала нижнюю кромку моста покрасили в аварийные цвета.
— Ба-бах! — врезалась в свежую краску Газель.

Поставили дополнительные дорожные знаки — «внимание», «высота 2,7 метра». Ну, все же должно быть видно.
— Ба-бах! — у моста появился собственный аккаунт в твиттере.

Потом повесили на перила моста баннер с надписью «Опасно! Низкий мост. Газель не проедет!»
— Ба-бах! — в новостях появился заголовок «Под мостом с надписью „Газель не проедет“ в Петербурге застряла 146-я машина».

Юбилейная, 150-я Газель разметала содержимое кузова по дороге 27 мая, в День Города. Вице-губернатор Албин пообещал решить проблему в течение трёх дней. У моста поставили картонную фигуру супермена с лицом вице-губернатора.
— Ба-бах! — супермен не помог.

В ход пошла тяжелая артиллерия. На подъезде к мосту по обеим сторонам поставили арки, на которые подвесили ограничители высоты. С одной стороны — металлические листы на проволоке, с другой — горизонтальные стальные балки на цепях.

— Дзынь, ба-бах! — за врезавшейся в мост Газелью покачивался полуоторванный металлический лист.

— Дзынь!
— Дзынь!
— Дзынь! — от очередного удара горизонтальная стальная балка сломалась пополам и повисла двумя частями почти до земли.

— Ба-бах! — снова ничего не мешало проехать прямо к мосту.

Когда ВКонтакте в большой группе про ДТП вешают очередную фотографию из под моста, публика хором считает.

Сегодня — 159.

10 ноября   истории

Пчеловод Евгений

У меня есть знакомый Евгений, и он пчеловод. У него даже есть компания, которая называется «Пчеловод Евгений», чтобы окончательно исключить всякую двусмысленность. Внутренне взвываю от восторга каждый раз, как вижу это название.

Так вот пчеловод Евгений — меня так прёт его профессиональная принадлежность, что я физически не могу называть его просто Евгением, простите — каждый год даёт мёд Юкковской школе-интернату.

И это блин лучшая благотворительность, что я знаю. Потому что он просто упаковывает и даёт мёд, а я этот мёд просто беру и везу в интернат. И не надо писать никаких приторных отчётов, согласовывать это с какими-то бюрократическими структурами, подгадывать под праздничные даты и делать прочую благотворительную херню, которая вообще никому не нужна.

Просто приезжаешь в интернат, открываешь багажник и говоришь: «Вот, в этом году нам дали три коробки — здесь вперемешку липовый, цветочный и еще какой-то разный, а тут с орехами всех сортов. И вот ещё одна рамка с сотами.»

Воспитатели смотрят круглыми глазами: «Надо же как-то отблагодарить! У нас же дети едят мёд круглый год! Как мы можем отблагодарить? Ну хоть что-то, мы не знаем что».

— И я не знаю, — жму плечами в ответ, мысленно давая пять пчеловоду Евгению. — Он ничего не говорил.

14 октября   детский фонд   истории
Ctrl + ↓ Ранее